Яндекс.Метрика
© ООО "Издательство Азимут". Все права защищены. Текстовые материалы размещенные на сайте являются собственностью Издательства Азимут и не могут быть использованы без письменного разрешения.

Неизвестная Чусовая. Люди Сулёма

29.12.2015 22:20:13

Большой туризм на реке Чусовая начался в 1928 году, когда её посетили 179 человек из общества "Советский турист" в составе 10 групп. Есть один интересный участок - от деревни Мартьяновой до пристани Усть-Утка, где туристы бывают реже. Здесь нет таких больших и грозных царь-бойцов, как Ростун и Высокий в окрестностях Кына. Зато много других, не менее интересных камней. Здесь уникальные ландшафты, в которых сохранился "кусочек природы" с краснокнижными представителями уральской флоры и фауны в границах Природного Парка "Река Чусовая".

На берегах Чусовой когда-то строилась горнозаводская цивилизация, после неё вдоль реки осталась целая сеть старых дорог. Так родилась идея велопутешествий по местам, где стояли деревни и сёла, заводы, плотины и пристани железных караванов.

Важно не только оценить красоту природы на Чусовой – но и понять, как здесь раньше жили люди, какими они были и чем занимались.

 Веркин Камень

Я проложил свой маршрут от станции Харёнки (д. Колпаковка) до бывшего села Илим в устье одноимённой речки на Чусовой (17 км). На месте, где в 1743 году была построена судоверфь Илимка и стояла Троицкая церковь, установлена памятная часовенка. Разыскав каменную пристань под Илимским камнем, я отправился дальше – в старинное село Сулём, чтобы увидеть удивительный "музей под открытым небом".

Дорога в Сулём от Илимской часовни идёт по левому берегу под горой Головашки. Через 3 км по правому берегу белеет стена камня Тюрик, высотой около 30 метров. За ним был старый "военный" мост. Вместо него построили новый, железный мост через Чусовую, выкрашенный в красный цвет. Дальше река уходит к Журавлиному Горлу – крутой и тонкой излучине Чусовой от камня Пленичного до камня Песьянов.

Перед перебором на левом берегу виднеется небольшой камень Журавлик, весь в небольших пещерках. Это Веркин камень.

Часто в путеводителях пишут, что назвали его по имени девушки, "бросившейся со скалы после ссоры с матерью". Ну да, молодым и слова не скажи, чуть что – и на скалу! Есть и другая история. Правда то или нет, у сулёмских старожилов спрашивайте.

Жила-была девушка в Сулёме. Её, по-простому, Веркой звали. Хорошая да пригожая, у всех на виду.  Часто её видели у камня Журавлик, где она на лужайке пасла гусей. Это её местечко было. Тогда шла Первая мировая война. В Сулём пришло известие, что парень, которого любила девушка, погиб на германском фронте. Верке от горя был белый свет не мил, она ушла на свой луг и… бросилась в Чусовую! С тех пор скалу Журавлик зовут Веркиным Камнем, а ту лужайку – Веркиным лугом.

Павел Иванович Гилёв

 

Проехав по лесу пару километров от моста, я не мог не остановиться, когда увидел на Чусовой красивый плёс перед Сулёмом. Вот как сказал о нём Павел Иванович Гилёв:

"Если подняться на возвышенное место и посмотреть на деревню и реку, то перед взором открывается удивительная панорама. Деревня лежит в обширной котловине, со всех сторон окруженной возвышенностями, на которых растет вечнозеленый хвойный лес… Чусовая, извиваясь голубой лентой вдоль деревни, выписывает такие фантастические вензеля, что просто дух захватывает от красоты". Лучше и не скажешь!

Павел Иванович Гилёв – житель села Сулём, потомок легендарной династии чусовских сплавщиков, самобытный историк-летописец Чусовой. Он давно вышел на пенсию и переехал в г. Лесной, но навещает родные места. Гораздо раньше, чем А. Иванов в "Message:Чусовая", ещё в 60-х годах XX века он начал писать свою "песнь песней" об истории красавицы Чусовой и села Сулём. Его сказание опубликовано на портале Проза.Ру и называется "История моего края".

Павел Гилёв записал воспоминания старожилов села, собрал данные о первых поселенцах, о сплавах железных караванов и демидовских заводах. Вы узнаете про сражения белых и красных в ходе Гражданской войны под Илимом и Сулёмом. Тогда жители этих сёл объединились в отряд и выступили против красного полка Шаронова, известного насилием и грабежами, а потом ещё долго воевали то за белых, то за красных. Гилёв, рассказывая о них, и о коллективизации, приводит уникальные данные пофамильно. Он пишет правду о спецпереселенцах Сулёма, когда на Чусовую привезли 80 семей кубанских казаков, из которых только половина выжили в первые зимы. Бесценны списки сельчан, защищавших Родину в Великую Отечественную. Интересны и детали послевоенной жизни – вплоть до эпохи забвения, умирания сёл и деревень Чусовой, начавшейся в 1970-е годы.

Павел Иванович не только написал историю родного края, но и соорудил вместе с П.А. Шмаковым Музей под открытым небом – жемчужину достопримечательностей Сулёма, аналогов которой нет. Он сделал свою попытку сохранить память о своём селе и о Чусовой.


Появление русской деревни Сулём

Я въехал на улочки Старой деревни, дома которой тянутся вдоль плёса по правому берегу. Старинные резные наличники сулёмских изб смотрели на меня распахнутыми глазами. Удивила большая двухэтажная "многоквартирная" изба с крылечком, образец сулёмской архитектуры ХХ века.

Оказалось, что село Сулём раскидано-разбросано там и сям, в трёх местах! Напротив, по левому берегу виднелись дома Заречной Деревни. Дальше по правому берегу, за прилукой, у стрелки реки Сулём взбираются на косогор избы Пристани, считающейся центром села. Как и когда оно появилось?

Древние люди давно селились близ устья реки Сулём на Чусовой, что подтверждают найденные археологические памятники и могильник. Исток Сулёма расположен на склоне г. Шабур хребта Весёлые Горы. Через 96 км река впадает в Чусовую справа.

 

Река Сулём – такая же холодная и чистая, как речка Илим, так же была богата рыбой. Тюркоязычные племена обозначали такие места топонимом, связанным с названием рыболовной сети, невода-приволочки:

Башкирское, тюменское jylym; казахское, татарское ǯуlуm; чувашское Sil᾽еm. Илим, Зилим, Сулём – эти горные реки-тёзки привлекали холодной, богатой кислородом водой не только хариуса, но и тайменя!

Сейчас рыбы в Сулёме почти нет, кроме гольяна и редкого мелкого хариуса. Приезжие из Екатеринбурга и Нижнего Тагила да местные жители выбили всю более-менее приличную рыбу в реке. Со слов жителей Больших Галашек и по рассказам рыбаков-любителей, браконьеры добрались уже до её верховьев, а егеря Висимского заповедника почему-то не могут этому помешать. В половодье в Сулём заходит рыба из Чусовой, русло безнаказанно перегораживают километрами сетей…

Во времена владычества манси на Чусовой (ок. XIII-XVI вв.) в окрестностях Сулёма были их богатые охотничьи угодья.

По другим данным, название Сулём могло быть от личного имени. Одним из первых рудознатцев, по словам П. Гилёва, в начале XVIII века был Кузьма Сулём. Рудознатцы нашли железо в Уральских горах, на Чусовой появились русские люди.

В конце XVII века от Невьянской слободы до Чусовой вдоль реки Сулём проложили Старую Шайтанскую дорогу. Годом основания русской деревни Сулём считается 1671-ый.

Примерно в это же время на тракте от Старой Шайтанки появилась и деревня Большие Галашки, а на Чусовой ниже Сулёма – деревня Романова. Вогулы забили тревогу, наняли стряпчего да накатали "ябеду" воеводе в Верхотурье – так мол и так, русские "обсадят" сейчас округу деревнями, наши леса вырубят под пашни, зверя распугают!

Ответ государственного мужа соответствовал реальной политике царской России в отношении "малых наций", что бы ни говорили потом русофобы про "тюрьму народов". Верхотурский воевода в 1681 году кратко приказал: "…на усть Сулёма речки вновь слобод не заводить и крестьян не селить". Точка.

Как пишет А. Иванов: "И русские не преступили запрета! Доныне на Сулёме, кроме Больших Галашек (и села Сулём, которое считается стоящим на Чусовой), других селений нет".

В том же 1681 году на правом берегу Чусовой был оборудован острог - для охраны Сулёмской слободы от набегов башкир. И всё же в 1709 году они почти стёрли Сулём с лица земли, поубивали людей, сожгли дома и церковь.

В 1726 году, по некоторым данным, острог стал той самой "Сулёмской заставой", занимавшейся сбором внутренних таможенных пошлин на Старо-Шайтанской дороге. Речка, впадающая поблизости в реку Сулём, называется Таможенка, а проще – Таможка (Тамошка).

  Эпоха уральских заводов и железных караванов

 Вольные, "свободные" поселения на Урале звались Слободами. Однако в 1715 году люди Сулёма были приписаны Демидовым. Акинфий Демидов в 1735 году строит в устье реки Сулём пристань, завозит дополнительно своих крепостных. Для устройства пруда реку повыше перегородили плотиной, соорудили гавань и плотбище. Строились дороги, "железосодержательные магазины" (амбары-склады).

Началась великая эпоха "железных караванов"! Сулёмская пристань отправляла барки с металлом знаменитого тогда Невьянского завода. Село пережило "пугачёвский бунт", когда в 1773 году было захвачено отрядом Белобородова, подручным Емельяна Пугачева.

Сулёмцы были заняты в то время промыслом углежогов. Рассказывает П.И. Гилёв:

"… для каждой семьи стали давать определенное задание на год … заготовить 100-300 коробьев угля, вывезти до Висимо-Шайтанска и сдать на приемочный пункт. … С помощью хороших погонщиков один человек мог сопровождать 2-3 подводы. Но если погонщики были ленивые, то для подгона лошадей использовался труд 9-12 летних детей".

Перевозка угля оплачивалась отдельно по расценкам за версту:

"По сенатскому указу от 8 июля 1780 года рабочему зимой платили по 1 копейке за версту, а летом по 2 копейки. Летом рабочий должен был отвезти за 18 верст груз, получив … 36 копеек. Цены на продукты в 1775 году за 1 пуд:

ржаной муки – 28 копеек; пшеничной муки – 49 копеек; овса – 25 копеек; ячневой крупы – 40 копеек; говядины – 60 копеек; соленой свинины – 60 копеек".

Съёздишь так 4 раза – купишь пуд говядины, пуд овса да пуд пшеничной муки – и ещё 10 копеек останется. Отдельно платили за короб угля:

"В конце XVIII века сулёмским мужикам за один короб угля (емкостью 2 м.куб.) платили 3-4 рубля. Для этого нужно было его выжечь и вывезти до Висимо-Шайтанского завода на своей лошади". Неплохие деньги, если учесть, что "…за лошадь давали 30-50 рублей, а за корову 20-30 рублей".

Высоко ценился труд плотников и мастеров строить барки. По словам Павла Гилёва:

"…Семьи, в которых были свои плотники и мастера по баркам, строили барки ("коломенки" или "желязняки"). Это уже был труд мастеровых, и ценился он выше труда углежогов и других подсобных рабочих. За постройку барки, как правило, брались 4 семьи. Строили барку примерно 10 месяцев. Платили за барку по 28 пудов черной муки и по 8 рублей на сахар и чай ежемесячно". Получается, по 40 рублей на семью. Сдали барку – купили лошадь!

 Фамилии и династии Сулёма

 П.И. Гилёв пишет, что по рассказам его отца Ивана Матвеевича и других старожилов, первыми русскими поселенцами в Сулёме были Патраковы, беглые из крепостных вотчин Строгановых: "Они построили свои домики около речки Тамошка недалеко от реки Сулём. Условия для жизни были благоприятные, и хотя зверь и рыба не переводились, основатели деревни, как истинные крестьяне, стали заниматься скотоводством и земледелием".

Село Сулём известно фамилией Гилёвых, среди которых выросла целая династия сплавщиков. Павел Иванович записал от старожилов, что на строительство из села Старая Утка приехали два родных брата Егор и Иван Гилёвы (их отцы были привезены с Камы) около 1770 года. Братья остались жить в Сулёме, взяв в жёны здешних девушек. Так и пошла фамилия Гилёвых в Сулёме, дошла и до Кына. Известным сплавщиком на Чусовой был Акинфий Яковлевич, внук Егора Гилёва. В честь династии назвали Гилёвскими и камень, и острова на Чусовой ниже пристани. Только опытный сплавщик мог провести барку по узким протокам.

Согласно записям П.И. Гилёва от 1969 года, "…в первой половине XIX века из поселения Быньги в деревню Сулём приехали четыре родных брата Корюковых. От них и пошла династия Корюковых из деревни Сулём. Первые дома братья Корюковы "срубили" - пил-то еще не было. Один из таких рубленых топором домов Корюковых стоит и по сей день, а живет в нем Корюков Затей Иванович". Приехали в Сулём и крепостные Казаковы и другие фамилии.

Чусовая рождала людей, прославивших её. В очерке "Бойцы" Д.Н. Мамин-Сибиряк описывает Окиню-балагура, уроженца Сулёма. Целые легенды ходили в народе про богатыря Василия Балабурду. В Пермском крае в XIX веке книжки с рассказами о подвигах нашего, уральского Геракла были так же популярны, как о приключениях сыщика Пинкертона.

 Вася Балабурда

 Что правда, а что сказка - теперь не разобрать. А только жил да был Василий Балабурда, которого Господь наградил силищей невиданной, богатырской да ростом с сажень (2 метра с хвостиком). По одним данным, Василий был уроженцем деревни Матвеевой Кунгурского уезда. Возможно, что одно время он жил в Сулёме.

Василий ходил в подгубщиках. Стоять у "губы", у самого конца поносной – ответственное место. Таких на сплавах уважали, ведь барку ворочать – сила нужна какая? Шутка ли сказать, Вася в одиночку с носа на корму перетаскивал 18-пудовый якорь! Это почти 300 кг будет.

При этом он был скромным и простым человеком, звали его тоже просто – Васькой. Рассказывали, что как сядет барка на мель, народ шебутится вокруг – а снять-то не могут. Позовут Ваську Балабурду, а он один потянет за кольцо от огибки – да сдвинет барку. Мог легко поносную, бревно 10 сажен длины (более 20 метров!), взять и поставить "на попа". За шестерых работал. Так-то. Уважали его и караванные с начальством, а любили – все!

О том, как Васе Балабурде ножичек понадобился, в селе Сулём записана история (кн. "Предания и легенды Урала", от В.П. Гилёва, 1883 г.р.):

"В Сулёме была кузница. Василий у кузнецов просил ножичек сделать.

Они всё обещали: завтра сделаем, завтра сделаем… Он осердился шибко.

Какая-то лежала чугунина большая - лот назывался, пудов пятьдесят, - он взял этот лот, привалил к их кузнице, к дверям. А те пришли робить утром - ничего сделать не могут.

Закричали людей-бурлаков. Говорят: "Это Васька Балабурда наделал, сукин сын!"

Те хватаются, не могут отвалить: " Придется по Ваську Балабурду идти. Пошли."

(Диалог  бурлаков с Василием)

- Давай, Василий Иванович, убирай.

- Вина поставите, уберу.

Ну, поставили. Отвалил и говорит:

- Перво дело, мне ножичек сробьте.

Ножичек ему и сделали...".

Прошли те времена, когда первые уральские заводы отправляли металл на барках по Чусовой. Кусок старого, настоящего демидовского чугуна с Невьянского завода привёз Павел Гилёв к берегам Сулёма. Я обнаружил его в Музее под Открытым Небом.

 

 Философия Павла Гилёва

 В Сулём я приехал именно за тем, чтобы в дальней его части, ближе к Пристани, своими глазами увидеть народный Музей. Он необычный. Первой мне попалась на глаза огромная деревянная баба – Софья Свояк.

За ней я увидел главный экспонат Музея под открытым небом – Памятную арку. На ней качаются корабельные цепи, висят барочные лоты разного калибра. Такими чугунными шипастыми чушками догадались подтормаживать барки перед опасными бойцами, выбрасывая их за борт на цепях. Они снижали скорость и удерживали судно в фарватере. В результате их применения частота крушений и аварий снизилась до 4%. В центре арки – корабельный якорь, а венчает конструкцию модель чусовской барки с потесями. Красиво!

В 1985 году исполнилось 250 лет с даты постройки Сулёмской пристани. К этому юбилею Павел Гилёв тогда собрал "экспонаты" - из всего, "что было". Тут и корабельные принадлежности, и остовы сельхозмашин, и чугунные колёса, железные пилы, и всякая всячина прошлых веков. Но только на первый взгляд кажется, что это такой "винегрет из артефактов".

Место для Музея выбрано рядом со старинным надгробием 1814 года с эпитафией коллежскому секретарю, некоему Борисову. Наверное, это и определило настроение автора Музея о бренности всего сущего и необходимости памяти о прошедшем. Если в Музее лежат мельничные жернова – так это Жернова Истории. На одной из "железяк" Павел Иванович оставил потомкам простые слова: "Люди, сейте добро на Земле!"

На фрагменте комбайна написано обращение "сулёмского деда" к землякам, к нам, соотечественникам – беречь историю дедов и отцов!

В 1991 году развалился СССР. Надежды многих людей на "просвет" и "лучшую жизнь" с треском разбились о реалии ельцинского периода России, мутные времена шоковой терапии и приватизации.

Непонимание и разочарование остались в записи Павла Ивановича: "Мы на обломках ХХ века поехали… Куда?"

Когда-то Людмила Зыкина пела: "Течёт река Волга. А мне - 17 лет!"

Течёт у Сулёма вечная Чусовая, а на памятнике Философии Открытого неба появляются надписи деда Гилёва: "А мне сейчас 78 лет. А мне 79 лет…"

Долгих и долгих лет Вам, Павел Иванович! И низкий Вам поклон.

Люди Сулёма

Солнце на закате билось сквозь желтую листву берёз, день подходил к концу. В тот вечер в Сулёме кипела жизнь – обновляли старую дорогу. Это добрый знак, рано значит ещё селу умирать.

В советское время в Сулёме проживало более тысячи человек. Были колхоз и леспромхоз, лесотракторная база, школа и клуб, медпункт, пекарня, почта и магазин. Но в 1958 расформировался колхоз "Победа", через несколько лет из Сулёма увезли фермы МТФ, весь крупный рогатый скот, свиней, овец, кур, пчельник - в Висимский совхоз Пригородного района. Раньше в Сулём на автобусе можно было добраться из Невьянска, а теперь сюда так просто не попасть. Продолжает жить "забытое" село - "всем смертям назло!"

Мимо проносились самосвалы. Молодой парень лихо ровнял полотно грейдером. Уезжал я с лёгким сердцем. Сулём запомнился мне не только своими красотами, но и простыми в общении, приветливыми людьми.

Коренных жителей, старожилов остаётся всё меньше. Народ уезжает. Не удивляйтесь, но есть люди, которые наоборот, мечтают жить на Чусовой! Пожилой мужчина, который недавно купил большой дом в Сулёме и переехал с Тагила, буквально "светился" изнутри от того, что ему удалось здесь поселиться на пенсии. Он даже показал мне камень у берега, на котором он любит сидеть "прямо в Чусовой".  Редкость.

Кто-то остаётся в Сулёме работать, чем-то заниматься. Пока я беседовал с местными жителями, буднично переезжал реку вброд грузовик "Урал". Сулёмские лодки покачивались на воде. Мне удалось остановить старого деда на мотоцикле. Он объяснял мне с "поворотами налево и направо", где стоит дом известного в Сулёме охотника, который знает здешние тропы. Меня ждала Большая Речка, глухие елани и заброшенная деревня Волегова. Дед улыбнулся и пожелал мне удачи на прощанье.

Я поднимался по высотному горному лугу, на который привела меня сулёмская улочка от берега Чусовой. Вот видны лишь крыши домов. Сулём становился всё меньше, исчезал на глазах в глубокой долине. Когда-нибудь я вернусь на красивый Сулёмский плёс, к Музею о том,  как вспыхнула и погасла звезда старой горнозаводской цивилизации – под Открытым Небом.

Материалы, использованные при подготовке статьи: 

1. П.И. Гилёв. "История моего края" (в ред. Е. Чепкасова от 1971 г.), Проза.Ру
2. А.В. Иванов. "Message: Чусовая", 2007
3. Путеводитель-лоция "Река Чусовая". Уральская Картографическая Компания, 2010 год
4. Материалы сайта о реке Чусовой, rekachusovaya.ru
5. Кругляшова В.П. (сост.) "Предания и легенды Урала", Свердловск, 1991
6. Свердловская область. Иллюстрированная краеведческая энциклопедия, 2009, quist.pro
7. Материалы Кыновского музея

 Текст и фото: Михаил Латышев